youtube

Владислав Лукьянов: Порошенко может найти поддержку более чем 300 депутатов

После президентских выборов в украинском парламенте началось ожидаемое переформатирование большинства под нового президента. Вслед за присягой нового президента мы наверняка увидим появление новых депутатских групп, которые в свою очередь присягнут ему на верность, только бы тот не разгонял нынешний созыв.

Конечно, у Петра Порошенко, несмотря на его предвыборные обещания распустить парламент, будет большой соблазн принять дары, которые сами плывут в руки. Но надежность союзников, успевших поменять по несколько фракций и групп, изначально под большим вопросом. Сейчас по кулуарам ходит информация о создании групп Грушевского-Олийника, Шуфрича-Медведчука, Рыбакова-Деркача, Левочкина-Хорошковского…

Понятно, что для формирования таких группировок необходим человеческий материал и для этого лучше всего подходит фракция Партии регионов, из которой пачками бегут депутаты и которая похудела уже более чем в два раза. Вот и на этой неделе фракцию покинуло еще два десятка человек, в числе которых один из самых раскрученных соратников бежавшего президента – Владислав Лукьянов. Он утверждает, что принял решение раньше всех, возможно, дав толчок бунту остальных своих товарищей.

Лукьянов, по его словам, вовсю работает над разработкой некоего нового проекта, и пока не решил, в какую из многочисленных групп будет вступать. Но одну свою позицию изложил максимально ясно – новый президент получил отличный результат на выборах, поэтому может рассчитывать на его поддержку. Похоже, на первых порах у Петра Алексеевича от таких новых сподвижников отбоя не будет.

«Заканчиваем проработку новой политической силы»

– Пока я не вступал ни в какую группу, и факт только в том, что я подал заявление о выходе из фракции Регионов, – начинает Лукьянов, потягивая кофе в лобби-баре отеля Hyatt. – В течение трех месяцев, начиная с февраля, во фракции больше шел процесс полураспада, консолидации и объединения обновленной Партии регионов не наблюдалось. И то, что этому не было видно ни конца, ни края, послужило основанием для моего решения. Я выступал, делал предложения о том, что нам надо реорганизовать структуру, организоваться для действий в новых условиях, но эти вопросы никак не решались. Даже когда кнопкодавство наших оппонентов перешло в ранг игры на пианино, мы никак не реагировали. Хотя не было никакой проблемы организовать фиксацию этого и по горячим следам выносить эту информацию в сессионный зал.

Так всем как-то в нынешних условиях было не до того.

Если политическая сила перешла в оппозицию, она должна начать действовать как оппозиция – прямо и без обиняков. Вместо этого были какие-то непонятные обсуждения, отсутствие четко сформулированной позиции… В конце концов, я принял для себя решение, ни с кем особо не советуясь.

Вместе с вами в один день из фракции вышло почти 20 человек. Вы что – никак не координировали свои действия?

Я вышел из фракции еще на прошлой неделе и допускаю, что этот мой поступок кого-то подтолкнул поступить так же. На сегодня формируется несколько политических проектов, причем не только из тех людей, которые были в Партии регионов, но и из беспартийных, и тех, кто был в других фракциях. Ведь общество изменило свои требования к публичной политике, а сам политикум не изменился. Более того, мы сейчас видим худшие проявления прошлых правительств – торговлю должностями, назначение по непонятным договоренностям людей в регионы, к которым они не имеют никакого отношения, людей, которые прямо торговали своими принципами. Например, взять ту же Сех (депутат, ныне губернатор от «Свободы»), которая выступала против кнопкодавства, а потом сама во Львове давила на все кнопки

Запало вам кнопкодавство… На депрессивном съезде Партии регионов после бегства Януковича шли разговоры все-таки о возрождении партии. Кто виноват в том, что не получилось?

Наверно, это вина нас всех. Кому-то надо было быть тверже и требовательнее, кому-то – более внимательно прислушиваться к настроениям актива партии. Из-за того, что мы не согласовали кандидата в президенты, мы разделили наши голоса между Добкиным, Тигипко, Бойко и Царевым, пусть последний даже и снялся, но все равно часть людей во время кампании ориентировались на него. Думаю, найди мы тогда силы выдвинуть единого кандидата, то и результаты голосования были бы другими – наш кандидат мог бы выйти во второй тур.

Второй тур, даже притом, что творилось на Донбассе?

Думаю, если бы партия не разделилась и не исключила Царева из своего состава, наше влияние на Донбассе было бы намного выше. Возможно, мы могли бы принимать более сильные решения и с властью говорить по-другому, предотвратив ее самые серьезные ошибки, и с Донбассом.

Вы, кстати, с Царевым общаетесь?

Ну, с днем рождения поздравил. Не знаю, чем он сейчас занимается.

Почему вы так долго тянули с выходом из фракции и сделали это, только когда уже стало понятно, кто будет президентом?

Чтобы не мешать проведению избирательной кампании партии.

Вы теперь видите себя в коалиции, я так понимаю? В составе группы или самостоятельно.

Считаю, что мотивация у депутатов должна быть следующая. Мы увидели, что кандидат в президенты Петр Порошенко победил в первом туре и получил вотум доверия от украинского общества. Можно сделать замечание, что не голосовал Донбасс и Крым, но, несмотря на это, мы увидели достаточно консолидированное голосование за Порошенко. И каждый народный избранник должен принять к сведению настроения граждан Украины. В своей программе Порошенко декларировал умеренно-консервативные ценности и обещал Украине мир и стабильность, поэтому мы все должны скорректировать свои действия с учетом настроения избирателей. Можно считать, что мои избиратели в Харцызске думают как-то по-другому, но уверен, что они за мир, стабильность и повышение социальных стандартов. И большинство политиков, занимающих конструктивную позицию, должны поддержать президента хотя бы на его первые сто дней. А дальше он может или увеличить эту поддержку или потерять.

Вам с такой риторикой прямая дорога в группу «За мир и стабильность», которую ваш соратник Владимир Олийник вроде как возглавит.

Когда я вышел из фракции, то взял тайм-аут, чтобы определиться, в каком направлении двигаться. Сейчас появилось несколько новых политических проектов, причем многие из них пользуются поддержкой и аналитикой достаточно серьезных и известных в мире консалтинговых структур. В этих проектах могут быть как новые лица, так и те, кто уже работал во власти.

Но если брать формирование групп в парламенте, то они организовываются для торговли голосами и облегчения переговоров с влатью, а вовсе не как ответ на новые запросы общества.

Могу с этим лишь отчасти согласиться. Кто-то может договариваться о преференциях для своего бизнеса, а кто-то – чтобы в его округе отремонтировали церковь или школу. Это все искусство переговоров.

Слухи, что кураторами этих новых групп предлагаются определенные суммы за вступление, на ровном месте появляются?

Может, кого-то и волнует вопрос материального вознаграждения, а кому-то хочется создавать новую силу и руководить избирательным штабом, заниматься медийным сопровождением.

И вы этим хотите заниматься?

Я же пришел в Партию регионов как политтехнолог. И начинал работу в партии с создания избирательного штаба. Я уже сделал анализ голосования по первому туру президентской кампании – посмотрел на явку, на уровень поддержки кандидатов, их программы, открытия этих выборов. С одной стороны, мы видим, что ниша Жириновского в Украине стала востребованной, что осталась ниша голосов за Партию регионов, что крайне радикальные силы оказались на обочине. Есть и скрытые резервы – слабое участие в голосовании Юго-Востока, избиратель которого не увидел, за кого ему голосовать. То есть запрос на новую политическую силу есть.

Так если этих новых сил будет много, то избиратель, который привык всегда голосовать за Партию регионов, снова запутается. Они же все на одном поле будут топтаться, как я понимаю.

Не факт. Одни проекты будут ориентированы на конкретные регионы, а другие – на всю Украину.

И сколько таких проектов будет?

Думаю, с десяток есть как минимум.

Партию регионов можно хоронить?

Это самое большое заблуждение, которое есть. Слухи о ее смерти немного преувеличены (смеется). Причем, считаю, что она имеет наиболее высокий потенциал. И я допускаю возможность работы с Партией регионов, из которой не выходил, также как и возможность работы с новым проектом. На сегодняшний день командой, которая со мной работает, создан рабочий штаб и мы общаемся с представителями других политических команд. Сейчас заканчиваем проработку новой политической силы, пока без названия. Если говорить об идеологии, то это будет центризм.

Победа Порошенко показала, что нынче это очень модная идеология.

Так все силы, направленные на объединение Украины, должны ее исповедовать.

«Мне всегда нравилась идеология Льва Толстого и Махатмы Ганди»

Существующие группы «Суверенная европейская Украина», «Экономическое развитие» – это абсолютно неидеологические образования, но они тоже, по сути, могут назвать себя центристами. Но вряд ли кто даже в самих этих группах сможет объяснить, чем они отличаются. Какие идеологические разногласия мешают вам присоединиться к этим группам?

Эти группы имеют экономическую подоплеку. А я хотел бы, чтобы в моем проекте главной составляющей была политика. Конечно, я понимаю, что политика – это концентрированное выражение экономики, но не хочу, чтобы экономическая составляющая в самом плохом смысле слова была сутью работы. Мне всегда нравилась идеология Льва Толстого и Махатмы Ганди…

Когда новые группы в парламенте могут оформиться?

Пройдет инаугурация президента и в течение десяти дней…

Все кинутся предлагать ему свои услуги.

Можно и так цинично оценивать ситуацию, а можно исходить из того, что они сделают выводы из общественных настроений и будут формировать исходя из этого свои действия.

Порошенко может стать первым украинским президентом, у которого будет крепкое конституционное большинство, если он, конечно, не разгонит парламент?

Думаю, он может найти поддержку более чем в 300 голосов депутатов. Но это не будет легко.

А с другой стороны – парламент может попробовать максимально ограничить его полномочия? Мы же видели предполагаемые изменения в Конституцию, которые якобы направили в Венецианскую комиссию.

Думаю, вряд ли эти скороспелые предложения будут реализованы, и Венецианская комиссия получит от парламента другой документ, который будет более сбалансирован.

Сейчас, по-вашему, Украине нужен сильный президент или парламентская республика?

Президент либо должен быть сильным, либо он не нужен вообще.

Ну, так у нас уже был предыдущий сильный, и к чему это привело.

Я считаю, что сила президента не измеряется размером его состояния (смеется).

По парламенту ходят слухи, что свою группку пытается сколотить Семья. Реально их непрямое возвращение в украинскую политику?

Думаю, что это провокация, которая подготовлена в глубине штабов дряхлеющих политических сил, которые видят опасность конкуренции со стороны новых проектов. На любой такой проект они будут говорить, что это Путин, Курченко, американцы, фашисты и так далее. Если вы внимательно следили за тем, как менялся парламент каждого нового созыва, то от силы 30 % депутатского корпуса сохранялось. Причем парадокс парламентов последних нескольких созывов в том, что, обновляя состав, парламент очень слабо менялся идеологически. И во многом эту ситуацию законсервировал диктат политических партий.

Так этот диктат как раз Партия регионов и демонстрировала больше всех. Там вообще кого угодно можно было набирать в список и это не влияло на результат.

Да, абсолютно без разницы. Но это не только Партии регионов касается.

Сейчас перезагрузка парламента и его «омоложение», по идее, нужны как никогда, а нынешний состав всячески упирается, хочет новые группы формировать из старого теста. Причем те же бывшие «регионалы», которые сейчас пытаются качать права и готовы идти на поклон к новому президенту, виновны в происшедшем в стране наравне с их бывшим лидером.

Я всегда за выборы, но я против выборов, которые законсервируют ситуацию. Если мы пойдем по коррупционной модели закрытых партийных списков, то в парламент опять попадут люди, которые никогда бы туда не попали, если бы за них голосовали либо по открытым спискам, либо по мажоритарке. Надо изменить законодательство и Конституцию так, чтобы провести прозрачные демократические выборы, чтобы депутат чувствовал ответственность и у избирателей был механизм контроля.

Реально ли внести эти изменения в кратчайшие сроки, учитывая, что на самом деле большинство действующих нардепов против выборов, несмотря на их риторику? Или все опять заболтают изменениями в Конституцию в две сессии, необходимостью общественных слушаний и т.д.?

Украинское общество требует обновления, а выборы без обновления не нужны. У президента есть большой вотум доверия, и он может предложить обществу прозрачные правила игры до выборов. Пусть вносит новый блок избирательных законов, как мы в свое время вносили Бюджетный и Налоговый кодексы. Так у нас будет Избирательный кодекс, который не будет переписываться под каждого президента и каждую избирательную кампанию, как было на этих выборах.

Все понятно – «не пройдет и полгода». Но это не отменит того очевидного факта, что нынешний парламент не отвечает запросам избирателей, особенно после Майдана. Что если люди силой вас будут выводить из Рады, что уже пообещал «Правый сектор»?

После того, как за «Правый сектор» проголосовало менее 1%, он может еще где-то совершать свои вылазки, но политической перспективы у крайне радикальных общественных движений нет.

Зато у них есть «коктейли Молотова».

Ну, это задача для правоохранительных органов. И если коррупционная власть боялась употребить силу закона для наведения порядка, то у нынешней власти, если она не проворовалась, как прошлая, еще есть возможность сохранить страну и навести порядок. Если же мы считаем, что группа экстремистов может захватить власть, то Украина – проект, который не может себя сохранить и защитить.

А каково вам быть потенциально в коалиции с теми, кому вы совсем недавно кричали «фашисты»?

Это провокационный вопрос. Есть политики, которые занимали крайние позиции, и мы увидели их результат. Они пока представлены в парламенте, но когда идет голосование в интересах большинства граждан Украины, политик вряд ли имеет право на личные эмоции.

Так в последнее время Партия регионов принципиально ни за что не голосовала с коалицией.

Там были другие причины – безумное убийство мирных граждан на Юго-Востоке и мы требовали прекращения активных воинских действий.

«Пробовал связаться с Порошенко, но разговор у нас так и не состоялся»

На какие группы вы бы поделили граждан на Донбассе, которые воюют против сил АТО?

Часть жителей Донбасса поддерживает ДНР и ЛНР, часть – нет. Степень поддержки варьируется, начиная от тех, которые просто поддерживают, потому что «они же наши», до тех, кто готов умереть в бою за эти республики. Часть негативно настроенных к ним людей – от слабо против, потому что «уже надоели», до тех, кто готов взять оружие против этих бойцов. Большинство – или умеренно за, или умеренно против. Но у тех, кто поддерживает эти республики, авангард более сплочен и многочислен. А участникам боевых действий оценку, наверно, должны дать специалисты. В моем Харцызске, как и в Горловке и Шахтерске, чуть потише ситуация, чем в некоторых других городах Донбасса.

Нужно понимать, что сейчас же на Юго-Востоке не только гражданский конфликт, но и информационная война. Если посмотреть подачу событий об Украине на международных каналах, то там более сдержанная и спокойная подача информации, чем по российским и украинским каналам. И в этой ситуации попытка подавать информацию более радикально уводит от реальности. Да, там есть наемники как с одной, так и другой стороны, но я считаю, что у власти были все возможности остановить эскалацию конфликта и перевести его в мирное русло. И ответственность за преступления против граждан Украины лежит на Турчинове и руководителях правительства и силовых блоков.

Вот говорят, что надо вести переговоры. А «днрщики» и «лнрщики» к ним готовы? С кем там конкретно вести переговоры, если у них дюжина народных мэров, губернаторов, каких-то непонятных личностей из России?

У них позиция все время меняется. Смотрите – во время Майдана был Совет Майдана и полагаю, что такой же Совет общественных организаций существует в Донецке и в Луганске. Думаю, надо выходить на представителей этого совета и находить точки соприкосновения: все же против мародерства и за то, чтобы остановить войну. А дальше в спокойной ситуации, когда не льется кровь, решать вопросы и правила совместного общежития в одной стране. Если они хотят отделиться и не жить вместе, думаю, большинство граждан Украины это тоже услышит и задумается. Но думаю, там сейчас настроения меняются в сторону построения единого государства, может, с более широкими полномочиями проблемных регионов. При наличии доброй воли выход может быть найден.

А люди понимают, что в случае «независимости» или создания какой-то «серой зоны» на Донбассе экономике этого края, которой все так гордятся, придет крах?

Кто-то понимает, кто-то готов терпеть лишения.

Как вообще сейчас бизнес-обстановка на Донбассе? Как предприятия работают в таких сложных условиях?

У кого-то получается работать, а у кого-то нет. Допустим, бизнес, который связан с обеспечением продуктами питания, обеспечением функционирования социальной инфраструктуры, работает. Тепло, вода, электричество, продукты – это все есть. В Славянске магазины работали с 9 утра до 2 дня, хотя были случаи, когда грузовики с продуктами не могли подъехать из-за арт-обстрелов по трассе Харьков – Ростов.

Вы пытались после выборов найти какие-то контакты с Порошенко?

Вернувшись из Донецка, я пробовал связаться с его офисом и поговорить о ситуации в Донбассе, но разговор у нас так и не состоялся. Я хотел сказать ему, что можно и нужно вести переговоры либо напрямую, либо через посредников. Но не представляю, кто из членов украинского правительства сегодня может приехать в Донецкую обладминистрацию и начать вести переговоры. Как и с той стороны никто не сможет приехать сюда в Киев на переговоры.

Так, а что вы предлагаете? По «скайпу» эти переговоры проводить?

По «скайпу» можно друг другу только гадостей наговорить (смеется). Но позиции сторон выслушать можно очень деликатно и без эмоций.

 

 

Павел Вуец, Станислав Груздев (фото), «Главком»